Михаил Кизилов

Иллюстрация:
А.С. Фиркович, его дочь Малка и зять Гавриил Фиркович. Персонаж на втором плане может быть идентифицирован как С. Бейм, выполнявший тогда функции газзана в Чуфут-Кале и Бахчисарае. (Из альбома Т. де Паули; рисунок Карла Гуна, около 1857 г.). Фотоиллюстрация и описание взяты из монографии  М.Б. Кизилова  «Крымская Иудея» (Симферополь, 2011. С.260)
Источник: Кизилов М.Б. Новые материалы о взаимоотношениях караимской и раввинистической (крымчакской) общин Крыма в XVIII — начале XIX века // Научные труды по иудаике. Материалы XX Международной ежегодной конференции по иудаике : сб. — Москва,  2014. — Т. II. — С.127-139. — (Академическая серия ; вып. 46).
Публикуется с разрешения автора статьи М.Б. Кизилова - доктора философии в современной истории  (DPhil in Modern History) Оксфордского университета. Подробнее об авторе: Кизилов Михаил - Крымчаки (krymchaks.info).
Статья предваряет очерк В.А. Ельяшевича  Прошение крымчаков Бахчисарая на имя Таврического Губернатора 1807 г. - Крымчаки (krymchaks.info) -прим. ред.
 Данная статья посвящена анализу взаимоотношений между караимами и раббанитами/раввинистами Крымского полуострова в XVIII — начале XIX в. Исследования последних лет позволяют утверждать, чтосформировавшаяся ранее концепция о враждебных отношениях между караимской и раввинистической (крымчакской) общинами Крыма в раннее Новое время совершенно неверна. Согласно традиционной модели, по своей сути взаимоотношения между караимами и раввинистами были типологически похожи на отношения между католиками и протестантами раннего Нового времени [2]. В этих отношениях, как мы знаем, было много взаимной агрессии и неприятия религиозной доктрины оппонентов. Если говорить об аналогиях в исламе, то контакты между караимами и раввинистами традиционно сравнивались с отношениями между шиитами и суннитами. Данные модели действительно верны для описания достаточно враждебных взаимоотношений между караимами и раввинистами в средневековой Испании, Российской империи второй половины XIX века или, скажем, в Троках в XVII–XVIII вв. Тем не менее, как будет продемонстрировано ниже, в Крыму в XVIII и в начале XIX вв. контакты между этими двумя течениями в иудаизме своим дружелюбием и открытостью нисколько не напоминали конфликтной ситуации в Испании или Троках. Обнаруженные нами в недавнее время архивные материалы свидетельствуют о том, что проживавшие в Крыму караимы и евреи-раввинисты (крымчаки) к XVIII — началу XIX вв. стали de facto ощущать себя членами единой еврейской общины полуострова. В это время крымские караимы и раввинисты проживали на территории одних и тех же поселений (в Чуфут-Кале, Гёзлёве/Евпатории, Карасубазаре, Каффе/Феодосии, возможно, в Мангупе [3]). В XVIII в. юноши-раввинисты посещали школу для караимских детей в Чуфут-Кале, а раввинист Йосеф бен Моше Меворах в XVII в. работал в этой же школе учителем-меламедом. В случае опасности обе общины приходили друг другу на помощь и оказывали финансовую и прочую поддержку. Караимы также выступали в качестве третейских судей во время конфликтов в раввинистической общине Карасубазара. Все это однозначно указывает на дружественный и добрососедский характер контактов между этими двумя общинами. Основными источниками для написания статьи автору послужили архивные материалы, обнаруженные им в ОР РНБ им. Салтыкова-Щедрина, Государственном архиве АР Крым (ГААРК), а также в ОР библиотеки Литовской АН. Рассмотрим основные аспекты этих взаимоотношений.
Евреи-раввинисты (крымчаки) — жители Чуфут-Кале
  Впервые вопрос о проживании евреев-раввинистов в городе Чуфут-Кале (средневековом Кырк-Йере) был поставлен в 1895 г. гебраистом А.Я. Гаркави. Он, не указав на источник информации, заявил в интервью симферопольскому корреспонденту газеты «Одесский листок» о том, что еще в XVII в. на территории Чуфут-Кале проживали евреи-крымчаки и караимы, покинувшие поселение в XIX в.[4] Точка зрения
Гаркави (опять-таки без ссылки на источники) была поддержана журналистами, опубликовавшими в южнороссийских газетах заметки о том, что Чуфут-Кале является «крымчацко-еврейским» городом. В ответ на эти публикации появилась газетная статья молодого караима С.М. Шапшала (см. о нем ниже), утверждавшего, что вопрос об «исключительной принадлежности Кырк-Ера (нынешнего Чуфут-Кале) караимам не подлежит сомнению»[5]. Вопрос об этнической принадлежности памятников Чуфут-Кале и Мангупа поднимался также и в ряде публикаций караимских, крымчакских и др. авторов в 1912 г.[6] Далее полемика по этому вопросу продолжена не была, по всей видимости, вследствие отсутствия дополнительной информации и источников относительно этой проблемы. О присутствии евреев-раввинистов в Чуфут-Кале в XVIII в. писали крымские исследователи конца ХХ в., опять-таки, не приводя никаких существенных доказательств в пользу данной гипотезы [7]. В данной статье мы попытаемся внести ясность в эту запутанную проблему. Из доступных в настоящий момент эпиграфических, археологических и письменных источников явствует, что именно караимы состав ляли подавляющее большинство еврейского населения Чуфут-Кале в XVII–XVIII вв. С другой стороны, известные еще с XIX в. эпиграфические данные, а также обнаруженные в недавнее время автором этих строк архивные источники однозначно говорят о том, что наряду с караимами в Чуфут-Кале проживали разрозненные семьи крымских евреев-раввинистов, позднее ставших называться «крымчаками» [8]. Так, о пребывании раввинистов в Чуфут-Кале свидетельствуют эпиграфические источники. В 1669 г. на караимском кладбище в Иосафатовой долине был похоронен раввинист Йосеф бен Моше Меворах. Текст его надгробной эпитафии опубликовал, собственно говоря, не кто иной, как караимский собиратель древностей Авраам Фиркович (1787–1874), добавив, что тот «был из крымских раввинистов, учитель религии (меламед Тора) в Кале»[9]. Удивительно, но факт: раввинист Йосеф Меворах, таким образом, преподавал религиозный закон караимам Чуфут-Кале. Кроме того, в общине Чуфут-Кале раввинисты были не только среди преподавателей, но и среди учеников. Так, в списке школьников караимского мидраша (школы) в Чуфут-Кале в 1751–1753 гг. находились также пятеро юношей из общины, как пишет документ, «собратьев наших, раввинистов». Их имена: Давид, Йосеф, Йицхак бен Аарон, Яаков бен Шломо и Давид бен Авраам [10]. Несколько позднее (конец XVIII — начало XIX в.) среди учеников мидраша в Чуфут-Кале упоминается «Шумаилъ Чердоноци». Похоже, что здесь речь также идет об ученике из раввинистской семьи [11]. 

  Особенно интересны источники из собрания известнейшего караимского деятеля и ученого Серая Шапшала (1873–1961). В личном фонде Шапшала, среди прочего, хранятся письма коллекционера караимских рукописей Б.Я. Кокеная. В двух из них, основываясь на хранившихся у него метрических книгах газзана Исаака бен Соломона конца XVIII — начала XIX вв., Кокенай приводит данные о проживании в Чуфут-Кале раввинистов-крымчаков. Так, в частности, он сообщает, что в 1793 г. в общине Чуфут-Кале жил Моисей Ашкенази, выступавший в роли свидетеля (во время свадьбы или в каком-то юридическом процессе). В том же 1793 г. на территории Чуфут-Кале был рожден и прошел обряд обрезания Йешуа Ашкенази, сын проживавшего там же Давида Ашкенази. Тогда же упоминается другой сын Давида, Элиягу Ашкенази. Есть документы 1809 г. о свадьбе между Яаковом Пашá и девицей Малкой, дочкой Авраама Кефели-Гурджи. Фамилия «Гурджи» (т. е. «выходец из Грузии») — типичная крымчакская фамилия, а «Кефели» («выходец из Каффы/каффинец») — типично караимская. Сам Кокенай писал о том, что эта фамилия принадлежала крымчаку [12].
  Б.Я. Кокенай предполагал, что семьи чуфуткальских раввинистов состояли из «крымчаков, принявших караимство». В подтверждение своей гипотезы он сообщает, что видел у Т.С. Леви-Бабовича, караимcкого газзана в Севастополе (позднее главы караимской общины Каира), копию письма, написанного неким крымчаком, жившим в Чуфут-Кале в начале XIX в. В своем письме тот просил евпаторийскую караимскую общину о материальной помощи, так как караимская община Чуфут-Кале ждала в этом деле указания из Евпатории. Аргументировал он просьбу тем, что его бывшие единоверцы-крымчаки, от которых он ушел к караимам, будут злорадствовать, видя его бедственное положение [13]. Один из документов ОР РНБ, датируемый 1821 г., представляет собой письмо раввиниста Симхи, перешедшего в караимскую веру. В этом пространном документе Симха упоминает о своих контактах с караимской общиной Кале [14] (т.е. Чуфут-Кале) и просит финансовой помощи [15].
  Как мы упоминали выше, раввинист Йосеф бен Моше Меворах во второй половине XVII в. работал в качестве преподавателя религии в караимской общине Чуфут-Кале. С некоторой осторожностью можно также предположить, что в конце XVIII — начале XIX века на территории города проживали и другие интеллектуалы-раввинисты. Английский путешественник Джон Вебстер, посетивший Чуфут-Кале в 1828 г., завязал с местным караимским «раввином» беседу относительно отличий в караимской и раввинистической религиозных доктринах. Найдя караимского священнослужителя «совершенно невежественным», Вебстер получил необходимые разъясняния от некоего европейского еврея («a German Jew»), по всей видимости, также проживавшего на Чуфут-Кале в то время [16].
  О дружественных отношениях и о тесных контактах между раввинистами и караимами Чуфут-Кале свидетельствует также другой факт. После изгнания караимов с Мангупа значительная часть местной общины была вынуждена переселиться в Чуфут-Кале; для новых членов общины вскоре была возведена т.н. Малая синагога-кенаса, именовавшаяся в караимской литературе также бейт ха-кодеш (священный дом). В 1801 г. Хаимом Ашкенази, жителем Константинополя, был сочинен стих о строительстве этой синагоги (по некоторым сведениям, этот стих был написан или вырезан на стене здания). Автор стиха пишет о Кырк-Йере как о «нашей общине», никаким образом не указывая на то, что он, собственно говоря, судя по его имени, должен быть раввинистом [17].
  Несмотря на то что вопрос о конфессиональной принадлежности крымчакских семейств, проживавших на Чуфут-Кале, все еще продолжает быть открытым, приведенные данные не оставляют никаких соvнений, что на Чуфут-Кале, как минимум со второй половины XVII по начало XIX в. проживало несколько семейств с фамилиями, характерными для евреев-раввинистов.
Раввинисты и благотворительная деятельность караимских общин
  Как явствует из архивных документов, крымские раввинисты часто обращались к более богатым и влиятельным караимам за финансовой помощью — и зачастую получали ее. В 1705 г. в опасную ситуацию попала еврейская община г. Гёзлёва (Евпатории): под угрозой разрушения оказались две местные синагоги. Подробности дела неизвестны, но, скорее всего, раввинисты Гёзлёва нарушили одно из постановлений калифа Омара, согласно которому к молитвенным домам «неверных» нельзя было присоединять дополнительные здания и пристройки. Как следствие, мусульманская администрация города, по-видимому, решила конфисковать или уничтожить синагоги [18]. В том же году раввинисты Карасубазара пишут письмо Моше Синани, главе караимской общины Чуфут-Кале, с просьбой помочь их «собратьям, живущим в городе Гёзлёв». Из текста письма явствует, что часть денег, необходимых для предотвращения разрушения синагог, они уже,
судя по всему, получили19. Хотя ответ караимской общины не сохранился, по всей видимости, караимы продолжили поддерживать раввиннистическую общину Гёзлёва, и конфликт с мусульманской администрацией города был улажен.
  Об отношениях между местными раввинистами и караимами говорит также следующий любопытный документ. В 1728 г. карасубазарские раввинисты послали петицию караимам Каффы с просьбой помочь бедной раввинистической общине г. Хеврона, одного из четырех святых городов земли Израиля. Письмо было написано крупнейшим крымчакским интеллектуалом того времени, Давидом бен Элиэзер Лехно, в то время как адресатом письма были Давид бен Самуил Йерушалми и Авраам Йерушалми, главы караимской общины Каффы. Авторы письма сообщают, что ранее уже получали денежное вспомоществование от караимских благотворителей Элиягу Фуки и Исаака Синани [20]. В этом источнике для нас важно, прежде всего, следующее. 
Этот написанный на иврите документ свидетельствует о дружественных отношениях между караимами и евреями-раввинистами и в Крыму, и за его пределами. Как мы видим из документа, караимы иногда оказывали финансовое вспомоществование карасубазарской раввинистической общине. Проживавшие в Крыму раввинисты, с другой стороны, чувствовали свою близость к земле Израиля, которой они продолжали посильно помогать. Кроме того, из этого документа явствует, что местные раввинисты были настолько несостоятельны в финансовом отношении, что были вынуждены обращаться за помощью к своим идеологическим соперникам-караимам — и те охотно им помогали. Причем помогали не только своим землякам, но и, по-видимому, раввинистам города Хеврона.
  Вообще, заметим, что в XVIII в., учитывая бедность крымских раввинистов, приезжие евреи часто обращались с просьбами о финансовой поддержке к местным караимам. К примеру, в 1778 г. к караимским общинам Каффы, Карасубазара и Чуфут-Кале с просьбой о помощи обратилась группа из 30 еврейских паломников-хасидов, направлявшихся в Палестину, потерпевших кораблекрушение и застрявших без каких-либо денег в Стамбуле. Лидеры группы, Аарон бен Исаак-Айзик и Аарон бен Меир, направили просьбы о финансовой помощи главам караимских общин Каффы, Карасубазара и Чуфут-Кале [21]. Аналогичные петиции направили также другие потерпевшие кораблекрушение раввинисты — Йехошуа бен Давид и Евсей бен Давид [22]. Тот факт, что эти евреи-талмудисты прибегали к помощи караимов, еще раз говорит о бедности местной раввинистической общины — и дружелюбии крымских караимов по отношению к приезжим раввинистам.
Помощь караимам во время антиеврейских погромов эпохи правления Шагин-Гирей хана
С другой стороны, раввинисты также приходили на помощь своим караимским соседям, как это было в 1777 г., когда карасубазарские евреи-крымчаки спасли караимов от возможного татарского погрома. В этот период государственной нестабильности в Крымском ханстве хан Шагин-Гирей вступил с русскими войсками в Карасубазар. По каким-то не очень понятным причинам участвовавшие в конфликте армянские и греческие солдаты решили оболгать караимов, сообщив хану, что те выступили в военных действиях на стороне его противника. При этом в качестве доказательства вины караимов эти солдаты соорудили из крымчакского талита некое подобие знамени (!), каковое и предъявили хану. По свидетельству караимского хрониста Азарии бен Элиягу, лишь благодаря своевременному вмешательству карасубазарских раввинистов, указавших ханской администрации, что этот талит принадлежал их общине, а не караимам, последние были спасены от немедленной и кровавой расправы [23]. История остается достаточно туманной: не очень понятно, каким образом из раббанитского талита можно сделать знамя — и как его позднее использовать в качестве доказательства караимской вины. Однако факт остается фактом — крымчаки действительно не побоялись прийти на помощь караимам и спасти тех от погрома. На наш взгляд, такой незаинтересованный наблюдатель, как Азария бен Элиягу, едва стал бы искажать реальный ход событий.
Караимы в качестве третейских судей во время конфликтов в раввинистической общине Карасубазара
  Караимы как минимум однажды выступали в качестве третейских судей во время конфликтов в раввинистической общине Карасубазара в XVIII в. В 1788 г. глава карасубазарской общины, Захария бен Соломон Галеви, вошел в конфликт со своей общиной. Та, по всей видимости, обратилась за помощью к караимам Чуфут-Кале. В результате Захария был вынужден прибыть в Чуфут-Кале и подписать договор с 4 условиями, которые он должен был выполнять. Позднее договор был отдан представителям карасубазарской общины; с караимской стороны в качестве свидетелей его подписали Вениамин Ага, Йосеф Ага-Мангуби [24], Моисей Челеби, а также Азария [25].
  Интерес вызывает еще одно свидетельство добрососедских взаимоотношений между караимами и раввинистами этого же периода. В том же 1788 г. Моисей Давид бен Яаков Лехно из Карасубазара написал письму Исааку, газзану и меламеду в Кале, по поводу ведения общинных дел. Адресатом письма, по-видимому, следует считать известного караимского ученого и газзана, Исаака бен Соломона (1754–1826). Документ, написанный на смеси иврита и арамейского, производит впечатление дружеского письма, посланного членом одной общины главе той же общины. В тексте документа не говорится о религиозных отличиях между раввинистической и караимской религиозными доктринами , не упоминаются термины «караим» и «раббаним», но есть ссылки на талмудическую литературу. Более того, Моше Давид Лехно именует своего собеседника «мекубаль» (каббалист) — термином, которым караимы обычно именовали раввинистов [26]. Таким образом, данный документ является еще одним ярким подтверждением дружественных отношений и связей между караимами и раввинистами того периода.
  Уже несколько позднее караимы вновь выступили третейскими судьями в конфликтной ситуации в раввинистической общине. В 1835 г. крымчаки Карасубазара пригласили в качестве раввина ашкеназа Йехиэля бен Шаббетая Фишгаля. Через два года вследствие деятельности раввина в общине разгорелся конфликт, и, чтобы разобраться в ситуации, крымчаки были вынуждены пригласить Авраама Фирковича [27]. Позднее Фиркович часто приглашался крымчаками для написания прошений к российской администрации, несмотря на то что тот часто требовал за свои канцелярские услуги оплаты в виде дорогостоящих книг и рукописей [28].
 Заключение караимско-рабанитских отношений во второй половине XIX века
  Установившиеся в XVIII — начале XIX в. дружественные отношения между крымскими караимами и раввинистами стали ухудшаться вскоре после правового отделения караимов от остальных евреев Российской империи. На общую картину взаимоотношений между ними значительно повлияли действия российского правительства, даровавшего караимской общине значительные льготы и привилегии, выделяя тем самым караимов из общего числа еврейских подданных империи. В 1859 г. Таврическое и Одесское Караимское Духовное правление пишет о существующем между караимами и раввинистами антагонизме [29]. В 1863 г. караимы окончательно уравниваются в правах с остальными подданными Российской империи, пользуясь «всеми правами, предоставленными русским подданным»[30]. На ситуацию, несомненно,
влияние оказала также деятельность А.С. Фирковича, чьи публикации и действия неоднократно вызывали недовольство российских раввинистов [31]. К примеру, работа маскила Исаака Бера Левинзона 1863 г. полна резкой полемики с караимами, а в особенности с А.С. Фирковичем [32] — и это при том что еврейские просветители-маскилим в общем и целом чрезвычайно положительно относились к караимам как к «эмансипированным евреям» [33]. Настоящие конфликты по поводу принадлежности исторических памятников (кладбищ и синагог) между крымчакской и караимской общинами начнутся уже после смерти Фирковича, в конце XIX — начале ХХ в. Тем не менее даже и после этого, в бурном ХХ в., несмотря на общий антагонизм и проявления откровенной вражды, можно найти свидетельства о дружеских взаимоотношениях между крымскими караимами и раввинистами. Об этом говорят и осуждение караимскими интеллектуалами еврейских погромов [34], и смешанные браки [35], и спасение отдельными караимами раввинистов во время Холокоста. С другой стороны, можно найти и свидетельства обратного отношения. Однако всесторонний анализ проблемы караимско-раввинистических отношений в Российской империи и Советском Союзе во второй половине XIX и в ХХ вв. требует дополнительного исследования и выходит за рамки данной статьи. 
   

               Приложение                                       
          ОР РНБ. Ф. 946. Евр.I. Док. I 86 (Д. 55а).                
       
                       Выписка А.С. Фирковича из пинкаса караимской общины
Чуфут-Кале (1788 г.)                               

    בהיות שכר' זכריא הלוי היקר יצו' היה ראש הקהל של אחינו הרבנים עדת קרא סוב
,והנה הקהלה הנל' באו לפנינו ותבעו ממנן שטר על ד' תנאים שעשו פיניהם. הא' שלא
יתנגד למשפט אלא ישמע ויעשה ככל מה שיהיה כפי ב'ד'. ההב' שלא יזכה או יחייב שום
אדם מעצמו בלי פסק ב'ד'. הג' שלא יעשה שום דבר קטן או גדול בלי חסכמת ב'ד' או
שבעה טופי העיר. הד' שלא יטה לתגפורת תאותו להקים דברו בין טוב בין רע. על כל
אלו התנאים כתבנו שטר וחתם כר' זכריא הנל' ונתן לידי קהלתו קהל קרא סוב היות
בידם לראיה ולזכות בכל ב'ד' ישראל. וההוה יום א' כג' לחדש תמוז התקמח'. והעדים
   'אדוננו בנימין אגא ,יוםף אגא מנגובי ,ר' יאודא רופא ,ר' ברוך ירו' ,משה צלבי ,ר
עזריא. סו' אני הצעיר יצחק בר' שלמה ז''ל

Примечания 
1. Спешу выразить благодарность за помощь в работе над статьей Г. Ахиезер (Иерусалим) и С. Якерсону (Санкт-Петербург).
2. См. обзор этой темы и библиографию вопроса в: Kizilov M. Jüdische Protestanten? Die Karäer und christliche Gelehrte im Frühneuzeitlichen Europa // Christen und Juden im Reformationszeitalter / Hrsg. von Rolf Decot und Matthieu Arnold. Mainz, 2006. S. 237–264; Kizilov M. The Karaites and Christian Scholars in Early Modern Europe // Uluslararası Karay Calışmaları Sempozyumu Bildirileri (5–8 Nisan 2010). International Symposium on the Karaite Studies (05–08 April, 2010) / Ed. by Mehmet Alpargu, Yücel Özturk, and Bilal Çelik. Bilecik, 2011. P. 257–284.
3. Обнаруженные нами архивные документы свидетельствуют, что в Бахчисарае, где в эпоху Крымского ханства караимам было запрещено оставаться на ночь, в XVII–XVIII вв. также проживали немногочисленные семейства евреев-раввинистов. Об этом свидетельствуют заключенные в Бахчисарае брачные договоры (Ф. 946. Евр. I. Док. III 17. Кр. 15. Брачный контракт между Авраамом, сыном Йегуды Ашкенази и Сарой дочерью Моисея Ашкенази. Бахчисарай, 11 Таммуза 5459 г. (1699)); Евр. I. Док. III 27. Кр. 23. Брачный контракт между Бером бен Аароном и Симхой
бат Мордехай Меир. Бахчисарай, 1774 г.; Евр. I. Док. III 28. Кр. 24. Брачный договор в между Йехошуа Валидом б. Мордехай Валидом и дочерью Моисея Ашкенази; Бахчисарай, 1779).
4. Это интервью было напечатано в газете «Одесский листок». 17(29).04.1895. № 100. С. 3. 
5. Шапшал С.М. Опровержение мнения А. Гаркави и его последователей о прбывании в Чуфут-Кале евреев // Салгир. 20.01.1901. №16. С. 2. (нам не удалось найти статьи Шапшала «Открытое письмо г-ну А.Я. Гаркави», по некоторым данным опубликованной в газете «Салгир» от 05.07.1899).
6. Эта полемика была позднее перепечатана в: Леви[-Бобович] Т.С. Очерки возникновения караимизма. Симферополь, 1913. C. 35–66.
7. Герцен А.Г., Могаричев Ю.М. Этническая история Чуфут-Кале // Исторический опыт межнационального и межконфессионального согласия в Крыму. Сим-
ферополь, 1999. С. 48–52.
8. Так крымских тюркоязычных евреев-раввинистов стали называть, по всей видимости, после окончания Крымской войны; первое упоминание термина «крымчаки» в этом значении датируется 1857 г. (см. Кизилов М. Крымская Иудея. Очерки истории евреев, хазар, караимов и крымчаков с античных времен до наших дней. Симферополь, 2011. С. 251). 
В "Полном собрании законов Российской империи" (Т.XX.СПБ.1845.С.3) впервые употребляется этноним "Евреи Кримчаки" именно в такой форме. Документ стал известен научным кругам в 2020 г. благодаря деятельности крымских исследователей Михаила Кизилова и Сергея Шайтанова.- прим. ред.
9. Firkovich A.S. Sefer avnei zikkaron (Книга памятных камней) Wilno, 1872.
Pt. 2. P. 93. № 353. Исходя из того, что об этом без каких-либо обиняков писал интеллектуальный лидер караимской общины XIX в., становится непонятным пафос С.М. Шапшала, пытавшегося доказать полное отсутствие раввинистов в Чуфут-Кале. 
10. Akhiezer G. Megamot u-tahalikhim be-hitpathut todaatam ha-historit shel ha-qaraim be-Mizrah Eropa ba-meot ha17–ha18 (Тенденции и процессы в исторической 
мысли караимов в Восточной Европе в XVII–XVIII вв.). PhD dissertation. Yerushalayim, 2008. P. 118, 245–247. 
11. РО РНБ. Ф. 946, Евр. I. Док. I 86 или 87 (Кр. 30).
12. РО библиотеки Литовской АН в Вильнюсе. Ф. 143. Д. 1519. Л. 18; Д. 375. Л. 45–46.
13. РО библиотеки Литовской АН в Вильнюсе. Ф. 143. Д. 375. Л. 46 об.
14. Весьма примечательно, что раввинист использует здесь караимский вариант топонима: караимы избегали слова «чуфут», имевшего несколько презрительный оттенок, и предпочитали называть свое главное поселение в Крыму либо просто «Кале», либо, на средневековый манер, «Кырк-Йер». Авраам Фиркович начнет позднее именовать город на иврите как «Села ха-Йехудим» (Скала иудеев).
15. РО РНБ. Ф. Евр. II A. No.163/10. Ср. ГААРК. Ф. 241. Оп. 1. Д. 1901. О принятии караимской веры евреем польским Симха. 
16. Webster J. Travels through the Crimea, Turkey, and Egypt. London, 1830. Vol. 1.Р. 80–82. Таким образом, пребывание в Чуфут-Кале уже во второй половине XIX в. молодого раввиниста Эфраима Дейнарда, секретаря А.С. Фирковича, в известной степени является продолжением традиции совместного проживания караимов и раввинистов на территории города (о биографии Дейнарда см.: Кизилов М. Дейнард, Эфраим // Крым в лицах и биографиях (справочно-литературное издание) / Ред. А.И. Доля. Симферополь, 2008. С. 191–192).
17. РО Института восточных рукописей в Санкт-Петербурге. Д. А 137.3.
18. Аналогичная ситуация сложилась и в Карасубазаре в 1697 и 1705 гг. (Гаркави А.Я. Радостный пост Эсфири в Карасу-Базаре // Русский еврей. 1881. № 9. С. 338; Лехно Д. Девар Сефатаим / Пер. И. Финкель // ЗООИД. 1848. Т. II. С. 696).
19. РО РНБ. Ф. 946. Евр. I. Док. I 33 (Кр. 16). Письмо составил Давид бен Элиэзер Лехно; его подписали Исаак Ашкенази, Авраам бен Маттатия Мандо, Яаков бен Менахем Мандо, Хаим бен Элия Бакши, Моисей бен Шаббетай Рикоми, Маттатия бен Иосиф Мандо (последний принял активное участие в успешном разрешении конфликта с мусульманами в Карасубазаре в 1705 г.).
20. ОР РНБ. Ф. 946. Евр. I. Док. I 41 (Кр. 20). Русский заголовок дела совершенно не соответствует ивритскому оригиналу документа; по этой причине использование его И. Ачкинази неверно (Ачкинази И.В. Крымчаки. Историко-этнографический очерк. Симферополь, 2000. С. 160, № 36).
21. ОР РНБ. Ф. 946. Евр. I. Док. I 3; Док. I 3a (Д. 4). Ср.: Igrot hasidim me-erets Yisrael (Письма хасидов из земли Израиля) / Ed. by Yakov Barnai. Yerushalayim, 1980. P. 56–60. Интересно, что в одном из документов Фиркович подделал дату, сделав из 1778 г. — 1461 г.
22. ОР РНБ. Ф. 946. Евр. I. Док. I 3a (Д. 4); Док. I 76 (Д. 46).
23. Азария бен Илиягу. События, произошедшие в Крыму в царствование Шагин Гирей хана / Пер. А.С. Фирковича // Караимская Жизнь. 1911. № 5–6. С. 60–61. Полный ивритский оригинал текста Азарии опубликован в Akhiezer G. Ha-meoraot she-hitrahshu be-Qrym bi-tqufat malkuto shel Shahin Girei han — kroniqah historit min ha-meah ha-18 meet ha-qarai Azariyah ben Eliyah (События, произошедшие в Крыму в царствование Шагин Гирей хана — историческая хроника XVIII в.караима Азарии бен Элия) // Qovets al yad. 2011. Vol. 20 (30). P. 283–385. Источники сохранили
другие свидетельства об агрессивном отношении греков-арнаутов по отношении к караимам в эпоху Шагин Гирея (ОР РНБ. Ф. 946. Евр. I. Док. 47 (Евр. I. Док. I 74).
Письмо Гиллеля б. Ицхака Къырыми из Кале к караимской общине Каффы с описанием бедствий, перенесенных общиной Кале в 1778 г.).
24. Брат Вениамина Ага; в этом документе он носит двойную фамилию Ага-Мангуби.
25. ОР РНБ. Ф. 946. Евр. I. Док. I 88 (Д. 55); Док. I 86 (Д. 55а). По всей видимости, упомянутый в документе «Азария» — это автор исторической хроники «События, произошедшие в Крыму в царствование Шагин Гирей хана» (см. выше), о биографии которого нам почти ничего не известно.
26. ОР РНБ. Ф. 946. Евр. I. Док. I 86 или 87 (Кр. 30).
27. Ачкинази. Крымчаки. С. 90.
28. Shapira D. Some Notes on the History of the Crimean Jewry from the Ancient Times Until the End of the 19th Century, With Emphasis on the Qrımçaq Jews in the First Half of the 19th Century // Jews and Slavs. 2007. Vol. 19. Р. 65–92.
29. ГААРК. Ф. 241. Оп. 1. Д. 1814 (Циркулярное письмо Духовного правления с Одесским обществом об антагонизме между караимами и евреями. 1859 г.). Произошедший в 1844 г. конфликт между караимкой Малкой Григулевич (?) и евреем-раввинистом носил бытовой, а не идеологический характер (ГААРК. Ф. 241. Оп. 1. Д. 7. Дело о караимке Малке Хричулевич, осужденной за покушение на поджог дома еврея Хричулевича. 18 мая 1844 г. — 4 ноября 1844 г.). 
30. Смирнов В.Д. Предисловие // Сборник старинных грамот и узаконений Рос-сийской империи касательно прав и состояния русско-подданных караимов / Изд. З.А. Фирковича. СПб., 1890. С. xxviii-xxix.
31. В 1825 г. А.С. Фиркович направил российским властям докладную записку, содержащую проект выселения еврейского населения из западных губерний с тем, чтобы прекратить контрабандистскую и прочую «недостойную» деятельность местных евреев-ашкеназов. В 1828 г., во время поездки в Бердичев, Фиркович вступил в полемику и конфликт с местными еврейскими лидерами. В 30-ые гг. ХIХ в., в евпаторийсклй караимской типографии Фиркович опубликовал ряд трактатов, большая часть которых была направлена против евреев-раввинистов. Особенно следует отметить направленный против хасидов стихотворный сборник «Села гамахлокет» («Камень преткновения». Гёзлёв, 1834), а также полемические трактаты «Хотем тохнит» («Печать совершенства». Гёзлёв, 1835) и «Масса у-мерива» («Искушение и спор». Гёзлёв, 1838). Своим резким тоном последнее произведение вызвало негодование даже у караимского духовенства, конфисковавшего и уничтожившего часть тиража этой книги (подр. см.: Shapira D. Avraham Firkowicz in Istanbul (1830–1832). Paving the Way for Turkic Nationalism. Ankara, 2003; Frenkel S. Sefer
Massa u-merivah le-Avraham Firkovich: senzurah atsmit o ziyyuf? (Книга «Масса у-мерива» Авраама Фирковича: самоцензура или подделка?) // Proceedings of the Eleventh World Congress in Jewish Studies. Div. III. Pt. 1. Jerusalem, 1993. P. 236–242).
32. Автор назвал свою работу «брошюрой против караимов» (Lewensohn / Levinzon J.B. Taar ha-sofer (Бритва писца). Odessa, 1863). Отдельный интерес представляют также резкие замечания о караимах и Фирковиче Ф. Березкина, переводчика работы Левинзона на русский (Левензон И.Б. Таар Гасофер: краткий трактат о караимах / Пер. Ф. Березкин. Одесса, 1863).
33. См. обзор этой темы в: Bartal I. Eastern European Haskalah and the Karaites:Christian Hebraism and Imperial Politics // Eastern European Karaites in the Last Generations.
Jerusalem, 2011. P. 56–67.
34. [Казас И.И.]. Еврейские погромы в Таврической губернии // Таврида. 1881. № 61. С. 72; Кая Л.И. Оплошность караимского раввина Фенерли: эпизод из времен судебного дела Бейлиса // Еврейский исторический альманах / Сост. А. Разгон. М., 1987. С. 37–45. 
35 В средневековом Египте до эпохи Рамбама смешанные караимо-раввинистические браки были нормальным явлением (см. напр.: Rustow M. Karaites Real and Imagined: Three Cases of Jewish Heresy // Past and Present. 2007. № 197. С. 35–74). По сведениям Ф.М. Винера, в России первый смешанный брак подобного рода, за-
прещенный караимскими духовниками, был зарегистрирован в г. Ольгиополе местным раввином 9.02.1873 г. (Винер Ф. Характeристика праздников евреев: с приложением теории каббалистики и критического очерка обособления караимов от евреев-талмудистов. Одесса, 1873. С. 74, прим. 1, С. 79, прим. 1). Впрочем, на наш взгляд, подобные браки заключались и ранее (ср.: Арменцов И.И. О браках между караимами и евреями // Новороссийские ведомости. 12.08.1871. № 171). Значительное увеличение числа смешанных еврейско-караимских браков отмечено по-
сле отмены религиозных запретов в 1917 г.