Я куда бы ни шел, что бы я ни читал,- все иду в симферопольский ров.

И, чернея, плывут черепа, черепа, как затмение белых умов.

И когда я выйду на Лужники, то теперь уже каждый раз

я увижу требующие зрачки двенадцати тысяч пар глаз.

                                                                        А.Вознесенский

Подробнее: Холокост в Симферополе.

  Во время Великой Отечественной войны, в окуппированном гитлеровцами Крыму, случаи спасения крымчаков от неминуемой гибели были единичны. Приведенная нами история спасения нескольких семей феодосийских крымчаков похожа на чудо. Тем не менее, история эта реальна и стала известна нам благодаря Жанне Шалом, чей прадедушка Ломброзо Арон Иосифович был в списке уцелевших от расстрела феодосийцев. Историю записала журналист Лариса Мангупли на одном из тъкунов (поминальной тризны) общины крымчаков в израильском городе Нетания. Мы публикуем отрывок из очерка Л.Мангупли "На волне воспоминаний".
Лариса Мангупли
Отрывок из очерка "На волне воспоминаний".
...Ну, вот и прозвучало последнее «А-а-мен…». . Пригублено красное вино в память о погибших. Среди них могли бы оказаться и люди, чьи имена и фамилии были занесены в списки, которыми поделилась со мной Жанна Шалом из Бат-Яма. Как-то перебирая документы, доставшиеся ей в наследство от её бабушки Симы Цирюльниковой (Ломброзо), она нашла несколько листков, скопированных с оригинала, что хранится в Украинском Государственном Архиве, и заверенных печатями. Один из этих листов напечатан на немецком языке. А два других, рукописные, – на русском. Лист под номером 76, датированный 11 декабря 1941 года, бургомистр Феодосии Андриевский (по рассказу Жанны, он был партизаном и работал в немецкой полиции) адресует Германскому командованию.
Я намеренно привожу полностью копию этого документа, хотя можно было бы ограничиться и просто перечислением фамилий.
Копия архивного документа на немецком языке для публикации предоставлена Жанной Шолом.

Но мне он представился ценным, дошедшим до нас через толщу лет.

Подробнее: История спасения семей феодосийских крымчаков в 1941 году

В канун тъкуна 11 декабря 2020 года, в память о наших  родных и близких убитых гитлеровцами в Крыму 1941-1942 г.г., мы публикуем полностью письмо Шены Абрамовны Конфино, 1917 г.р. и полный список жертв Холокоста, указанных в письме и пересланный нами в "Яд Вашем" (подробнее: Крымчаки: история одной старой фотографии - Крымчаки )(krymchaks.info).
Вспомним же всех невинно убиенных, зажжем свечу памяти и обратим нашу молитву אל מלא רחמים לקדושי השואה к Всевышнему!
Послушайте и вспомните их имена !
Молитва "Эль Мале Рахамим" жертвам Холокоста. Интернет - ресурс (аудио запись):
אל מלא רחמים לקדושי השואה – מילים, ביצועים, פירושים ותווים | אתר הפיוט והתפילה (nli.org.il)

Подробнее: Свидетельские показания Шены Абрамовны Конфино (Пейсах)

                   Лариса Мангупли

Подробнее об авторе: Мангупли Лариса - Крымчаки (krymchaks.info)
    Керосиновый вкус детства *
                 Повесть
  Где же ты, земля обетованная?
      Как ни пытается Малка уснуть, ничего не получается. Уже в который раз она что есть силы зажмуривает глаза, но они незаметно, как-то сами собой распахиваются, и воображаемые картинки, словно облачко, уплывают.
       Вечером, укладывая рядом с ней маленьких Шебетея и Клару, мама сказала, что дети должны хорошо выспаться, потому что уезжать будут на рассвете, и вставать придётся ни свет, ни заря.
       «… Скорее бы утро. И как всё будет?» – Малку одолевают недетские мысли. Переезжать она будет впервые и не представляет себе, что где-то ещё можно иметь свой дом, друзей… Папа обещал, что там, в далёкой Палестине, она пойдёт в школу, будет учиться и много-мног7о всего узнает. И вообще, что бедствовать, как здесь, наверное, не придётся, и у неё, у Малки, будет своя, отдельная кровать.
       Малке уже шесть лет. Она старшая и вся ответственность за брата и двухлетнюю сестрёнку на ней. Девочка заботливо подтягивает край войлока, заменяющего матрац, получше укрывает стареньким одеялом малышку, обнимает, прижимая её к себе, закрывает глаза. Мечтает, чтобы приснилось ну хоть что-нибудь из того, о чём рассказывал папа в последнее время. О крае, где никогда не бывает снега и всегда тепло, где растут пальмы и золотятся горы. А ещё он называл этот край Землёй обетованной и Землёй её, Малкиных, предков. Она не всё, конечно, понимает. Её бабушка и дедушка, все родственники живут здесь, в Крыму. Многие – в их же городе – Карасубазаре. Но это неважно, папа знает о чём говорит. Для неё, для Малки, он – авторитет. Она видит, как все вокруг уважают её папу. Пусть он и небольшой важности человек – служит у хозяина-винодела, но жизнь наделила его сильным характером и ясным умом, верой в то, что рано или поздно всё будет хорошо. Вот и идут за советом, за добрым словом к Аврааму.

Когда в доме люди, им, детям, как считают папа с мамой, делать там нечего. Вчера, когда пришли взрослые, и мама стала варить для гостей кофе, папа сказал:
       – Иди, дочка, погуляй.
        Ей вовсе никуда не хотелось. Она попыталась помочь маме, не понимая, откуда взялись чашечки, кофеварка, ведь родители, собираясь в дорогу, всё-всё раздали людям. Ещё вчера заходила соседка: «Не оставишь ли мне, Бас-Шева, свой чайник на память?»
        Что касается её, Малки, то ей ничегошеньки не жаль, если там, в Палестине, у них будет всё. Вот и этот домик, в котором они спят последнюю ночь, уже продан. Родители не сообщают детям подробности, но старшая дочь знает, что на эти деньги куплены золотые кольца, серёжки, браслеты. Все эти драгоценности уместились в маленьком мешочке, которым отец очень дорожит. Кто знает, что готовит дальний путь?..
         Вся улица в курсе их завтрашнего отъезда Мальчишки и девчонки явно завидуют ей, Малке. Ещё бы! Столько нового увидит! Что до взрослых, то они совсем другие люди. Сама ведь слышала, как один папин знакомый отговаривал его. Куда, мол, Авраам, собрался? Время нынче смутное. Царская Россия пала, неизвестно, что будет завтра и чего ждать от новой власти. В стране анархия разгулялась…

Подробнее: Керосиновый вкус детства

Михаил Гурджи
Арад, Израиль
Краткое предисловие
Я появился на свет благодаря тому, что в августе 1941 года Лазарь Пейсах из Карасубазара (ныне-г. Белогорск) потребовал от моей бабушке Кале с двумя ее детьми, шестилетним Яшей и одиннадцатилетней Лизой, покинуть его дом.  Благодаря этому событию, родились мой брат Женя и сестра Фаина, наши дети, сын и дочь тети Лизы, ее внуки и правнуки. Судьба нашей семьи была бы предрешена, если Лазарь Абрамович Пейсах был бы более гостеприимен к семье его родной племянницы Кале Гурджи. Нас бы просто не было, потому что наш папа Яков и его сестра Лиза с бабушкой Кале не пережили бы немецкую оккупацию и были удушены в газенвагенах в середине января 1942 года в Карасубазаре.(1)
К счастью, наши родители остались живы и, выдержав все невзгоды эвакуации, вернулись весной 1944 года в разоренный войной Крым, ставший братской могилой для их многочисленных сородичей.
Я расскажу о судьбе семьи Пейсах из Карасубазара, основываясь на воспоминаниях моего отца Якова Давидовича Гурджи (1934-2010) и его старшей сестры Елизаветы 1929 г.р., а также на материалах семейного фотоархива. Сведения эти, увы, фрагментарны, не сохранилась большая часть фотокарточек семьи Пейсах, тем не менее, я попытаюсь зафиксировать на бумаге все известные мне сведения.

Подробнее: Памяти семьи Пейсах из Карасубазара